Определение Конституционного Суда РФ от 29.01.2019 N 79-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Синекаева Романа Александровича на нарушение его конституционных прав примечанием к статье 131 Уголовного кодекса Российской Федерации и подпунктом "б" пункта 14 статьи 1 Федерального закона КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от . N 79-Б" ПУНКТА 14 СТАТЬИ 1 ФЕДЕРАЛЬНОГ Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Р.А. Синекаева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил: 1. Гражданин Р.А. Синекаев, осужденный к лишению свободы, оспаривает конституционность примечания к статье 131 "Изнасилование" УК Российской Федерации и подпункт "б" пункта 14 статьи 1 Федерального закона от N 14-ФЗ . По мнению заявителя, данные нормы не соответствуют статьям 15 (часть 1) , 17 (часть 1) , 18 , 45 , 46 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяют индивидуализировать ответственность за развратные действия, совершенные в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, а также не предусматривают учет признаков, свидетельствующих о психическом развитии такого лица и его способности понимать характер и значение совершаемых действий. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, исходя из Конституции Российской Федерации и в предусмотренных ею пределах федеральный законодатель, реализуя свои полномочия, определяет содержание положений уголовного закона, устанавливает преступность тех или иных общественно опасных деяний, их наказуемость, а также порядок привлечения виновных лиц к уголовной ответственности, учитывая при этом степень распространенности таких деяний, значимость охраняемых законом ценностей, на которые они посягают, и существенность причиняемого ими вреда, а также невозможность их преодоления с помощью иных правовых средств. Введение законом уголовной ответственности за то или иное деяние является свидетельством достижения им такого уровня общественной опасности, при котором для восстановления нарушенных общественных отношений требуется использование государственных сил и средств (Постановление от N 7-П). Установление федеральным законом уголовной ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма (постановления от N 3-П и от N 24-П). Российская Федерация, ратифицировав Конвенцию Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений, взяла на себя обязательство принять все необходимые законодательные или иные меры, обеспечивающие установление уголовной ответственности в том числе за занятие деятельностью сексуального характера с ребенком, который, согласно соответствующим положениям национального законодательства, не достиг установленного законом возраста для занятия такой деятельностью (подпункт "а" пункта 1 статьи 18), за умышленное склонение ребенка, не достигшего установленного законом возраста, к наблюдению сексуальных злоупотреблений или деятельности сексуального характера, даже без участия в них, в сексуальных целях (статья 22), а также законодательно определить возраст, до которого запрещено вступать в действия сексуального характера с ребенком (пункт 2 статьи 18). Соответствующая публично-правовая ответственность закреплена в статьях Уголовного кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от N 2775-О , от N 1549-О и от N 2224-О ). Согласно Уголовному кодексу Российской Федерации лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (часть первая статьи 5) , наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6) , наказание назначается в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части данного Кодекса, и с учетом положений его Общей части (часть первая статьи 60) , в том числе обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание ( статьи 61 - 63 ). Во взаимосвязи с этими положениями подлежат применению и нормы главы 18 данного Кодекса. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, разрешение вопроса о размере санкций за предусмотренные Уголовным кодексом Российской Федерации преступления является прерогативой федерального законодателя (Постановление от N 32-П). При этом должна обеспечиваться соразмерность мер наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств. Соответственно, федеральный законодатель, определяя - при соблюдении конституционных гарантий прав личности в ее отношениях с государством - уголовно-правовые последствия совершения преступления, дифференцирует их в зависимости от общественной опасности содеянного (определения от N 998-О, от N 2550-О и от N 1540-О ), в том числе в статьях 131 и 132 УК Российской Федерации ( Определение от N 1995-О). Согласно же примечанию к статье 131 УК Российской Федерации (введенному Федеральным законом от N 14-ФЗ) к преступлениям, предусмотренным пунктом "б" части четвертой этой статьи , а также пунктом "б" части четвертой статьи 132 данного Кодекса, относятся также деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных частями третьей - пятой статьи 134 и частями второй - четвертой статьи 135 данного Кодекса, совершенные в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, поскольку такое лицо в силу возраста находится в беспомощном состоянии, т.е. не может понимать характер и значение совершаемых с ним действий. Тем самым это примечание определило двенадцатилетний возраст как возраст, безусловно свидетельствующий о беспомощном состоянии потерпевшего, которое является одним из признаков преступлений, предусмотренных статьями 131 и 132 данного Кодекса, что направлено на охрану половой неприкосновенности лиц, не достигших установленного возраста (определения Конституционного Суда Российской Федерации от N 2214-О, от N 1173-О и N 1174-О, от N 1969-О, от N 286-О , от N 2765-О и др.). Кроме того, согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от N 16 "О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности", к развратным действиям относятся любые действия, кроме полового сношения, мужеложства и лесбиянства, направленные на удовлетворение сексуального влечения виновного или имеющие цель вызвать сексуальное возбуждение у потерпевшего лица либо пробудить у него интерес к сексуальным отношениям; развратными могут признаваться и такие действия, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего отсутствовал, включая действия, совершенные с использованием сети Интернет, иных информационно-телекоммуникационных сетей (пункт 17); они могут быть квалифицированы по пункту "б" части четвертой статьи 132 данного Кодекса лишь при доказанности умысла на совершение развратных действий в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста (пункт 21). Таким образом, оспариваемые заявителем законоположения не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в обозначенном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации определил: 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Синекаева Романа Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.ЗОРЬКИН ------------------------------------------------------------------