Евгений Алексеевич Крашенинников доцент кафедры гражданского права и процесса Ярославского государственного университета им. П.Г.Демидова, кандидат юридических наук Юлия Валериевна Байгушева преподаватель кафедры теории права и гражданско-правовых дисциплин Международной академии бизнеса и новых технологий, кандидат юридических наук Статья посвящена общетеоретическому анализу некоторых вопросов института представительства. Авторы традиционно опираются на разработки классиков германской цивилистики. Представительство: понятие, виды, допустимость § 1. Понятие представительства А. Основное к определению понятия Участники регулируемых гражданским правом отношений обычно совершают сделки для себя сами (например, желающий получить вещь во временное возмездное пользование сам заключает договор аренды). Однако в некоторых случаях требуется, чтобы вместо одного лица действовало другое, а правовое последствие этого действия было таким же, как если бы его вызвал для себя сам замещаемый (например, тот, кто пребывает в длительной командировке, может быть заинтересован в приобретении для него другим лицом права собственности на квартиру по месту его жительства). Закон позволяет удовлетворить эту потребность при помощи представительства (абзац первый п. 1 ст. 182 Гражданского кодекса РФ; далее - ГК РФ). Под представительством понимается заключение одним лицом (представителем) в пределах принадлежащего ему полномочия сделки от имени другого лица (представляемого), правовое последствие которой наступает непосредственно в лице представляемого. Представительство характеризуется следующими признаками: 1. Представитель заключает сделку от имени представляемого, т. е. заявляет третьему лицу, по отношению к которому он действует, что эта сделка должна вызвать соответствующее правовое последствие непосредственно для представляемого. По мнению В.А.Рясенцева, выступающий от имени другого лица совершает два волеизъявления: 1) волеизъявление, направленное на создание определенных прав и обязанностей, и 2) волеизъявление о том, что эти права и обязанности должны возникнуть в лице представляемого. Оставляя в стороне то обстоятельство, что волеизъявление представителя может быть направлено не только на "создание прав и обязанностей", но и на перенесение, обременение, изменение или прекращение права, обратим внимание на следующее. Если бы точка зрения В.А.Рясенцева была верной, то, рассуждая последовательно, нам пришлось бы признать, что и тот, кто заключает сделку от своего имени, также совершает два волеизъявления: 1) волеизъявление, направленное на вызывание основного правового последствия, и 2) побочное волеизъявление, в силу которого основное правовое последствие должно наступить для самого действующего лица. Но этот вывод не имеет даже видимости правдоподобия. Сказанное позволяет утверждать, что представитель, выступая от имени представляемого, совершает одно волеизъявление, направленное на вызывание определенного правового последствия для представляемого. Если заключающий сделку не выражает намерения вызвать соответствующее ее содержанию правовое последствие для другого лица, а только с той или иной целью называет это лицо контрагенту, то он выступает от своего имени. В частности, если комиссионер, продавая вещь комитента, сообщает покупателю, что она будет передана не им, а комитентом, то согласно абзацу второму п. 1 ст. 990 ГК РФ продавцом по договору купли-продажи является комиссионер. По общему правилу представитель заключает сделку не только от имени, но и в интересе представляемого. Однако в некоторых случаях основной целью представительства служит удовлетворение интереса самого представителя или третьего лица. Например, А может заложить от имени Б его вещь в обеспечение исполнения своего обязательства перед В. 2. Представитель действует в пределах принадлежащего ему полномочия, т. е. права выступать в качестве представителя. Даже если представитель уполномочен на совершение нескольких сделок, он является носителем одного полномочия на все эти сделки, а не нескольких самостоятельных полномочий на каждую сделку в отдельности. В связи с изложенным обнаруживается неточность предписаний абзаца первого п. 1 ст. 38, абзаца второго п. 2 ст. 57, п. 3 ст. 62, ст. 174, п. 1 ст. 183, абзаца первого п. 3 ст. 184, п. 2 ст. 187, п. 3 ст. 253, п. 2 ст. 1005, п. 2 ст. 1022, п. 1 ст. 1135, абзаца первого п. 1 и абзацев первого и второго п. 3 ст. 1242, абзаца второго п. 3 и абзаца первого п. 4 ст. 1244, абзаца третьего п. 2 ст. 1247, п. 2 ст. 1267, п. 2 ст. 1316, п. 3 ст. 1549 ГК РФ; ст. 234, абзаца третьего п. 2 ст. 237, абзаца четвертого ст. 238 Кодекса торгового мореплавания РФ; абзацев двадцать пятого и двадцать шестого ст. 2, п. 5 ст. 20.3, п. 6 ст. 20.6, абзаца пятого п. 6 ст. 24.1, абзаца шестого п. 1 ст. 35, абзаца восьмого п. 1 ст. 66, абзаца восьмого п. 4 и п. 6 ст. 83, абзаца одиннадцатого п. 2 ст. 99, п. 1 ст. 123, абзаца первого п. 4 ст. 159, п. 3 ст. 220 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), в которых говорится о "полномочиях" представителя. 3. Правовое последствие сделки, которая заключается представителем от имени представляемого в пределах принадлежащего представителю полномочия, наступает непосредственно в лице представляемого. Независимо от того, направляется ли сделка представителя на установление, перенесение, обременение, изменение или прекращение права, соответствующее ее содержанию правовое последствие наступает в правовой сфере представляемого и не затрагивает правовую сферу представителя. Правовое положение лица, для которого сделка была заключена представителем, ничем не отличается от правового положения того, кто заключил такую сделку самостоятельно. Поэтому если А продает от имени Б его вещь, то, так же как и при заключении договора купли-продажи самим представляемым, последний занимает правовое положение продавца: Б становится носителем прав и обязанностей, возникающих в момент заключения договора; в случае передачи вещи ненадлежащего качества Б обязан безвозмездно устранить обнаруженные недостатки вещи или возместить покупателю расходы на их устранение (абзацы третий и четвертый п. 1 ст. 475 ГК РФ); Б следует направлять извещение о нарушении договора купли-продажи (п. 1 ст. 483 ГК РФ). Б. Сфера применения предписаний о представительстве I. В п. 1 ст. 971 и некоторых других статьях ГК РФ речь идет о совершении представителем от имени представляемого "юридических действий". Эта формулировка заставляет прийти к выводу о допустимости применения предписаний о представительстве к любому виду правомерных гражданско-правовых действий. Но такой вывод не соответствует действительному положению вещей. В цивилистической литературе правомерные гражданско-правовые действия подразделяются на следующие основные группы: сделки (Rechtsgeschaftern), сделкоподобные действия (geschaftsahnliche Handlungen) и реальные акты (Realakten). Под сделками понимают выражения частной воли, направленные на вызывание правовых последствий, относящихся к области гражданского права. Последствия сделок определяются содержанием воли действующих лиц и наступают не только потому, что закон связывает их с совершением сделок, а в первую очередь потому, что совершающие сделки желают наступления этих последствий. Предусмотренная абзацем первым п. 1 ст. 182 ГК РФ правовая фигура представительства рассчитана на совершение сделок: правовое последствие действия представителя наступает в лице представляемого главным образом потому, что воля представителя направляется на достижение этого результата. Сделкоподобные действия, например признание долга (абзац первый ст. 203 ГК РФ), уведомление поручителя об исполнении обеспеченного поручительством обязательства (ст. 366 ГК РФ), уведомление должника об уступке требования (ст. 386 ГК РФ) и отказ кредитора принять предложенное должником надлежащее исполнение (абзац первый п. 1 ст. 406 ГК РФ), отличаются от сделок тем, что их правовые последствия определяются не волей действующего лица, а законом и наступают независимо от того, желает их наступления это лицо или нет. В связи с содержащимся в сделкоподобных действиях обнаружением воли к ним могут применяться по аналогии предписания о сделках, в том числе предписания о представительстве, если цель этих предписаний оправдывает их соответствующее применение. Реальными актами называют действия, которые совершаются без цели обнаружения воли и с которыми закон связывает правовое последствие без учета правового последствия, желаемого действующим лицом. К реальным актам, в частности, относятся создание научного или художественного произведения (подп. 5 п. 1 ст. 8 ГК РФ), переработка (ст. 220 ГК РФ), обнаружение клада (ст. 233 ГК РФ) и действие, за совершение которого объявлена выплата награды (п. 1 ст. 1055 ГК РФ). Эти действия имеют мало общего со сделками, а также со сделкоподобными действиями. Поэтому предписания о сделках к ним в принципе не применимы. Если, например, одно лицо во исполнение договора с другим изготавливает из его материалов новую движимую вещь, то собственник материалов приобретает эту вещь в собственность не потому, что она изготовлена от его имени в пределах выданного им полномочия, а потому, что стороны оформили свои отношения в соответствии с предписанием абзаца первого п. 1 ст. 220 ГК РФ. Принципиальная недопустимость применения к реальным актам предписаний главы 10 ГК РФ не означает, что представитель не может быть уполномочен на заключение сделки, в фактический состав которой, помимо одного или нескольких волеизъявлений, входит реальный акт, например, на заключение договора традиции, слагающегося из соглашения о переходе права собственности на движимую вещь и реального акта (передачи вещи). В рассматриваемом случае предписания о представительстве применяются только к упомянутым одному или нескольким волеизъявлениям (в приведенном примере - к соглашению сторон о переходе права собственности на движимую вещь,). II. Гражданско-процессуальные действия не являются гражданско-правовыми сделками. Поэтому прямое применение предписаний ГК РФ о представительстве к ним исключено. Однако эти предписания могут применяться к гражданско-процессуальным действиям по аналогии, если их применение не противоречит сущности процессуального представительства, отраженной в соответствующих предписаниях Гражданского процессуального кодекса РФ. § 2. Виды представительства А. Активное и пассивное представительство При активном представительстве представитель совершает волеизъявление с непосредственным действием для представляемого. При пассивном представительстве функция представителя сводится к получению для представляемого волеизъявления третьего лица, в результате чего наступает такое же правовое последствие, как если бы это волеизъявление получил сам представляемый. Активное и пассивное представительство чаще всего сочетаются при заключении одной и той же сделки. Например, если А, будучи представителем Б, направляет оферту В, а затем В принимает эту оферту через заявление, направленное А как представителю Б, то в момент получения акцепта А договор считается заключенным между Б и В. При направлении оферты А функционирует в качестве активного представителя, при получении акцепта - в качестве пассивного представителя. Уполномоченный на совершение волеизъявления обычно компетентен и к получению волеизъявлений, касающихся доверенного ему дела,. Но мыслимо и иное. Например, А может выдать Б полномочие на совершение оферты в отношении В, оговорив, что акцепт следует направлять не Б, а ему самому. В этом случае компетентность к получению акцепта у Б отсутствует, а договор между А и В считается заключенным в момент получения акцепта самим А. Нет препятствий к тому, чтобы представитель наделялся лишь компетентностью к получению волеизъявления для представляемого. Например, А, прежде чем выдать Б полномочие на ведение своего дела, может наделить его компетентностью к получению от третьих лиц всех связанных с этим делом оферт. Акцептовать эти оферты Б вправе только после выдачи ему соответствующего полномочия. Б. Добровольное и законное представительство Квалификация представительства в качестве добровольного или законного зависит от того, возникает ли полномочие представителя из односторонней сделки представляемого, направленной на установление этого полномочия, или в силу наличия другого юридически значимого факта, с которым закон связывает возникновение полномочия. Типичным примером добровольного представительства служит представительство доверителя его поверенным (п. 1 ст. 971 ГК РФ). Законным представительством прежде всего является представительство малолетнего ребенка его родителями (абзац первый п. 1 ст. 28 ГК РФ, абзац второй п. 1 ст. 64 Семейного кодекса РФ; далее - СК РФ) и представительство подопечного его опекуном (п. 2 ст. 32 ГК РФ). I. O.C.Иоффе предлагает отказаться от термина "законное представительство" в пользу термина "обязательное представительство", ссылаясь на то, что "помимо неудачности такого термина, могущего посеять сомнения в законности других видов представительства, он неправильно отражает и самое существо дела, ибо... представительство, осуществляемое опекуном", в отличие от представительства родителем своего ребенка "возникает не из закона непосредственно, а из закона и изданного в соответствии с ним распорядительного акта о назначении опекуна",. Однако сомнения, которых опасается О.С.Иоффе, не могут возникнуть ни у одного здравомыслящего цивилиста. Кроме того, термин "законное представительство" призван отразить не то обстоятельство, что полномочие представителя возникает "из закона непосредственно", а то, что оно устанавливается помимо воли представляемого при наличии юридически значимого факта, с которым закон связывает возникновение полномочия. В качестве такого факта в упомянутых О.С.Иоффе случаях фигурирует приобретение лицом статуса опекуна и родителя. При этом не имеет никакого значения, что опекун приобретает свой статус вследствие совершения акта о его назначении опекуном, а родитель - без аналогичного акта. II. Некоторые авторы выделяют уставное представительство, или, что то же самое, представительство юридического лица его органом. Между тем выступление органа от имени и в интересах юридического лица не является представительством в смысле абзаца первого п. 1 ст. 182 ГК РФ. В отличие от представителя орган юридического лица не может рассматриваться как самостоятельный участник гражданских правоотношений; при заключении сделок он выражает волю самого юридического лица,. III. Вопреки тексту п. 2 ст. 182 ГК РФ лица, которым доверено управление чужим имуществом, в частности конкурсный управляющий (абзац двадцать шестой ст. 2 Закона о банкротстве), доверительный управляющий (абзац первый п. 1 ст. 1012 ГК РФ) и душеприказчик (абзац первый п. 1 ст. 1134 ГК РФ), при совершении сделок по управлению этим имуществом выступают в качестве законных представителей. Их представляемыми являются лица, которым принадлежит управляемое имущество, т. е. соответственно несостоятельный должник, учредитель управления (или выгодоприобретатель) и наследник. Так же как и любой другой представитель, управляющий чужим имуществом заключает сделки по управлению от имени своего представляемого, стало быть, с очевидным намерением вызвать соответствующие этим сделкам правовые последствия не для себя, а непосредственно для лица, которому принадлежит имущество. Это намерение явствует из сообщения управляющего лицу, с которым он заключает сделку, что он действует в качестве конкурсного управляющего, доверительного управляющего или душеприказчика. Обеспечение интереса представляемого может и не выступать основной целью управления чужим имуществом. Например, конкурсный управляющий ведет конкурсное производство прежде всего в интересах конкурсных кредиторов, доверительный управляющий может управлять имуществом с целью удовлетворения интересов кредиторов учредителя управления, душеприказчик должен исполнить волю наследодателя. Однако поскольку представительство не всегда осуществляется исключительно в интересе представляемого (см. выше: § 1, А), отмеченное обстоятельство не может поколебать квалификацию управляющих чужим имуществом в качестве представителей. Управляющие чужим имуществом являются носителями полномочия, т. е. права выступать в качестве представителя другого лица. На это указывает сам отечественный законодатель, который в абзаце двадцать шестом ст. 2 Закона о банкротстве говорит о "полномочиях" конкурсного управляющего, в п. 2 ст. 1022 ГК РФ - о "полномочиях" доверительного управляющего, а в п. 1 ст. 1135 ГК РФ - о "полномочиях" душеприказчика. Заключаемая управляющим чужим имуществом сделка по управлению вызывает соответствующее ее содержанию правовое последствие не для управляющего, а непосредственно для лица, которому принадлежит это имущество. Поэтому в п. 2 ст. 1020 ГК РФ прямо указывается, что "права, приобретенные доверительным управляющим в результате действий по доверительному управлению имуществом, включаются в состав переданного в доверительное управление имущества". Применительно к конкурсному управляющему и душеприказчику сказанное подтверждается отсутствием в законе предписаний о необходимости перенесения приобретенных в ходе управления имуществом прав с управляющего на представляемого. Таким образом, заключение управляющими чужим имуществом сделок с третьими лицами по управлению этим имуществом отвечает всем признакам представительства и, следовательно, является не чем иным, как представительством. В. Единоличное и коллективное представительство I. Представительство называют единоличным, если сделку для представляемого заключает только один его представитель. Единоличное представительство возможно как в том случае, когда действующий является единственным уполномоченным на заключение этой сделки, так и в том случае, когда он выступает в качестве носителя солидарного полномочия, т. е. полномочия, принадлежащего нескольким лицам, каждое из которых может осуществить его самостоятельно. II. Представительство именуется коллективным, если в заключении сделки от имени представляемого участвуют все или некоторые из его представителей, которым принадлежит коллективное полномочие на заключение этой сделки. В качестве коллективных представителей действуют, например, родители от имени своих малолетних детей. Коллективное представительство в принципе предполагает, что в заключении сделки для представляемого должен участвовать каждый из представителей. При этом не имеет значения, действуют ли они согласованно или изолированно друг от друга, а также одновременно или в разное время. Их общее волеизъявление, состоящее из отдельных волеизъявлений каждого из них, считается совершенным, если каждый представитель совершил такое же волеизъявление, как и другие представители. Один из носителей коллективного полномочия может уполномочить другого его носителя на самостоятельное заключение сделки, которую они должны заключить вместе. По своей правовой природе это действие уполномочивающего представляет собой одностороннюю сделку, подобную поддоверию. Эта сделка направлена на установление тому, в отношении кого она совершается, нового полномочия заключить определенную сделку в той ее части, в которой она должна заключаться уполномочивающим, в качестве представителя последнего. Поэтому если, например, мать малолетнего ребенка уполномочит его отца на покупку автомобиля для ребенка, то при покупке отец будет действовать одновременно и как представитель ребенка, и как представитель матери как представителя ребенка. § 3. Допустимость представительства А. Принцип допустимости представительства Российский законодатель, так же как и законодатели большинства других стран, исходит из принципа допустимости представительства. По мнению W.Muller-Freienfels, этот принцип противоречит принципу частной автономии, или, что одно и то же, принципу диспозитивности гражданского права, в силу которого каждый участник регулируемых гражданским правом отношений в установленных законом пределах оформляет их по своему усмотрению,. Согласиться с этим мнением нельзя. Допустимость оформления отношений между представляемым и третьим лицом через волеизъявление добровольного представителя, т. е. по его усмотрению, обусловливается волей представляемого, выраженной им при наделении представителя полномочием. Стало быть, представляемый по своему усмотрению оформляет свое отношение с представителем таким образом, что последний приобретает возможность оформлять отношение представляемого с третьим лицом. Поэтому в данном случае имеет место не противоречие принципу частной автономии, а, как правильно отмечают U.Leptien и W.Flume, последовательное его проведение. Кроме того, выдача одним лицом другому полномочия на заключение сделки не лишает уполномочившего возможности заключить эту сделку самостоятельно, в результате чего вероятность ее заключения увеличивается вдвое. Сказанное также свидетельствует о том, что признание допустимости добровольного представительства направлено не на ограничение, а на расширение частной автономии участников гражданских правоотношений. Не нарушается принцип частной автономии и при законном представительстве. В большинстве случаев законного представительства представляемый (например, малолетний ребенок, несостоятельный должник или наследник управляемого душеприказчиком имущества) не обладает способностью к самостоятельному оформлению тех отношений, для оформления которых призывается представитель. Если же возникновение полномочия законного представителя выступает в качестве косвенного законного последствия сделки представляемого и представляемый сам может совершить ту сделку, которая охватывается содержанием полномочия представителя (например, если одно лицо передает другому свою вещь в доверительное управление - см. выше: § 2, Б, III), то в этом случае, также как и при добровольном представительстве, мы имеем дело с расширением частной автономии представляемого. Б. Исключения из принципа Допустимость представительства может исключаться в силу природы сделки, специального правового предписания или через соглашение сторон. Сделка, в отношении которой допустимость представительства исключена в силу самой ее природы или специального правового предписания, называется высокоперсонифицированной сделкой (hochstpersonliche Rechtsgeschaft). К числу высокоперсонифицированных сделок закон относит, например, завещание (п. 3 ст. 1118 ГК РФ) и заключение брака (абзац первый п. 1 ст. 11 СК РФ). По смыслу закона высокоперсонифицированными являются также отмена и изменение завещания (ст. 1130 ГК РФ), договор между супругами о прекращении брака (п. 2 ст. 16, п. 1 ст. 19 СК РФ) и односторонняя сделка супруга, направленная на прекращение брака (п. 2 ст. 16, п. 2 ст. 19 СК РФ),. Поскольку возможность выражения родителями согласия на сделку их несовершеннолетнего ребенка неразрывно связана с исполнением ими родительской обязанности по обеспечению интересов ребенка, высокоперсонифицированный характер имеет и это согласие (п. 1 ст. 26 ГК РФ). Об исключении представительства в силу специального правового предписания речь может идти только в том случае, если из содержания этого предписания с полной ясностью видно, что законодатель имел в виду запретить заключение данной сделки через представителя. Например, в п. 3 ст. 1118 ГК РФ сказано, что "совершение завещания через представителя не допускается", а в абзаце первом п. 1 ст. 11 СК РФ говорится о необходимости "личного присутствия" будущих супругов при заключении ими брака. Если закон требует для заключения сделки лишь одновременного присутствия всех ее участников, то это требование само по себе не означает запрета представительства. Так, из предписания Abs. 1 § 925 BGB, согласно которому при заключении договора о передаче земельного участка в собственность должны присутствовать отчуждатель и приобретатель участка, было бы неправильно делать вывод, что этот договор не может заключаться представителями отчуждателя и приобретателя. Упомянутое требование закона соблюдается и тогда, когда сделку совершают присутствующие представители ее сторон. Высокоперсонифицированная сделка, которую одно лицо заключает от имени другого, является недействительной. Она не может быть одобрена представляемым, а может только заключаться им заново. В последнем случае ее действие наступает ex nunc, а не ex tunc, как это имело бы место при одобрении. Стороны могут исключить допустимость представительства в отношении определенной сделки через заключенное ими соглашение. При наличии последнего о такой сделке говорят как о сделке, обладающей так называемой добровольной высокоперсонифицированностью (sogenannte gewillkurte Hochstpersonlichkeit). Так же как и высокоперсонифицированная сделка в собственном смысле, эта сделка в случае ее заключения представителем является недействительной. Однако поскольку согласованный сторонами запрет представительства устанавливается в интересах представляемого и его отказ от этого запрета не ущемляет ничьих интересов, представляемый может отменить запрет с обратным действием посредством одобрения сделки представителя. ____________ Намерение представителя заключить сделку от имени представляемого может выражаться как через прямое заявление представителя, так и явствовать из иного его поведения. Поскольку не требуется, чтобы третье лицо знало личность представляемого, представитель может не называть его имя, а только указать третьему лицу, что он действует не для себя, а для кого-то другого (подробнее о заключении представителем сделки от имени представляемого см.: Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Munchen und Leipzig, 1918. Bd. 2. Halfte 2. S. 341-351; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Allgemeiner Teil des burgerlichen Rechts. 14 Aufl. Tubingen, 1955. Halbbd. 2. S. 761-763; Larenz K. Allgemeiner Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Munchen, 1967. S. 544-548; Keller M., Schobi Ch. Das schweizerische Schuldrecht. 3 Aufl. Basel und Frankfurt a. M., 1988. Bd. 1. S. 70-71; Flume W. Allgemeiner Teil des burgerlichen Rechts. 4 Aufl. Berlin; Heidelberg; New York, 1992. Bd. 2. S. 763-780; Gauch P., Schluep W., Schmid J., Rey H. Schweizerisches Obligationenrecht. Allgemeiner Teil. 7 Aufl. Zurich, 1998. Bd. 1. S. 289-291; Palm H. Kommentar zu § 164 // Erman W. Burgerliches Gesetzbuch. Handkommentar. 10 Aufl. Munsterund Koln, 2000. Bd. 1. S. 484-487; Heinrichs H. Kommentar zu § 164 // Palandt O. Burgerliches Gesetzbuch. Kurzkommentar. 66 Aufl. Munchen, 2007. S. 173-175). Рясенцев В.А. Представительство и сделки в современном гражданском праве. М., 2006. С. 113. Сделки, непосредственно направленные на перенесение, обременение, изменение или прекращение права, называются распорядительными сделками (Verfugungsgeschafte), или, что одно и то же, распоряжениями (Verfugungen). К ним, в частности, относятся уступка требования (абзац первый п. 1 ст. 382 ГК РФ), зачет требования (ст. 410 ГК РФ), прощение требования (ст. 415 ГК РФ), распоряжение собственника своим правом собственности - передача вещи в собственность, а также обременение права собственности ограниченным вещным правом, в частности установление сервитута (п. 3 ст. 274 ГК РФ) или права залога (ст. 341 ГК РФ) (подробнее о распорядительных сделках см.: Tuhr A. Zum Begriff der Verfugung nach BGB // Archiv fur die civilistische Praxis. 1919. Bd. 117. S. 193-206; ders. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Munchen und Leipzig, 1914. Bd. 2. Halfte 1. S. 238-273; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 591-601; Larenz К. Op. cit. S. 324-327; Haedicke M. Der burgerlich-rechtliche Verfugungsbegriff // Juristische Schulung. 2001. S. 966-973; Крашенинников Е.А. Распорядительные сделки // Сборник статей памяти М.М.Агаркова. Ярославль, 2007. С. 22-32). Oertmann P. Burgerliches Gesetzbuch, I Buch. Allgemeiner Teil. Berlin, 1908. S. 528; Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 336; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 761, 806; Larenz K. Op. cit. S. 530. О полномочии см.: Байгушева Ю.В. Правовая природа полномочия // Сборник статей памяти М.М.Агаркова. С. 10-21. "...Если представитель заключает соглашение по полномочию, то он этим связывает доверителя не в меньшей степени, чем если бы последний сам заключал это соглашение, и не в меньшей степени обязывает его ко всем вытекающим из соглашения последствиям" (Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского. М., 1936. С. 139). Эту же мысль выражает W.Flume, а вслед за ним и К.Larenz, когда они говорят, что сделка, заключенная представителем от имени представляемого в рамках власти к представительству, служит "регулятором для представляемого" (Flume W. Op. cit. S. 754; Larenz К. Op. cit. S. 551-552). К такому выводу приходит И.В.Шерешевский, который пишет, что, поскольку любые действия могут иметь юридическое значение, предметом договора о представительстве, квалифицируемого автором в качестве договора поручения, может выступать всякое непротивозаконное действие (см.: Шерешевский И.В. Представительство, поручение и доверенность. М., 1925. С. 26, 30). Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 576-580; Larenz К. Op. cit. S. 495; Kohler H. BGB. Allgemeiner Teil: ein Studienbuch. 23 Aufl. Munchen, 1996. S. 110-112; Гражданское право / под ред. А.П.Сергеева. Т. 1. М., 2008. С. 434 (автор параграфа - Е.А.Крашенинников). Этой классификации придерживается и М.М.Агарков, используя, однако, иную терминологию: сделкоподобные действия он именует "юридическими поступками", а реальные акты - "действиями, создающими указанные в законе объективированные результаты" (см.: Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // Советское государство и право. 1946. N 3-4. С. 50-52). Enneccerus L., Nipperdey Н.С. Op. cit. S. 576; Гражданское право / под ред. А.П.Сергеева. Т. 1. С. 434 (автор параграфа - Е.А.Крашенинников). "Юридический эффект представительства... должен быть сознательным результатом намерения представителя. Там, где подобный эффект следует помимо воли и желания этого последнего, не может быть и речи о представительстве" (Нерсесов Н.О. Избранные труды по представительству и ценным бумагам в гражданском праве. М., 2000. С. 74). "Между действиями представителя и возникновением последствий для принципала должна быть причинная связь; последствия эти должны быть обусловлены намерением представителя" (Казанцев Л. Учение о представительстве в гражданском праве. Ярославль, 1878. С. 122). Larenz К., Wolf M. Allgemeiner Teil des burgerlichen Rechts. 8 Aufl. Munchen, 1997. S. 436, 437; Гражданское право / под ред. А.П.Сергеева. Т. 1. С. 434 (автор параграфа - Е.А.Крашенинников). Larenz К., Wolf M. Op. cit. S. 439; Гражданское право / под ред. А.П.Сергеева. Т. 1. С. 434 (автор параграфа - Е.А.Крашенинников). Указанное обещающим действие в совокупности с его волеизъявлением о выплате награды образуют фактический состав односторонней сделки - публичного обещания награды (см.: Крашенинников Е.А. Фактический состав сделки // Очерки по торговому праву. Вып. 11. Ярославль, 2004. С. 6). Подробнее о фактическом составе договора традиции см.: Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 1. S. 149-150, 221; Enneccerus L., Kipp Th., Wolff M. Lehrbuch des burgerlichen Rechts. 25-29 Aufl. Marburg, 1926. Bd. 1. Abt. 1. S. 359; Larenz K. Op. cit. S. 317, 318; Hubner H. Allgemeiner Teil des Burgerlichen Gesetzbuches. 2 Aufl. Berlin; New York, 1996. S. 280; Крашенинников Е.А. Фактический состав сделки. С. 8; Грачёв В.В. Правовая природа традиции // Сборник статей к 55-летию Е.А.Крашенинникова. Ярославль, 2006. С. 20-25. На возможность применения к этому соглашению предписаний о представительстве справедливо указывает W.Flume (см.: Flume W. Op. cit. S. 750). Аналогичным образом решается вопрос о применении к договору традиции предписаний об условных сделках: в случае заключения этого договора под условием условным является лишь соглашение о переходе права собственности, в то время как передача, как и всякий реальный акт, условной быть не может (см.: Крашенинников Е.А. Фактический состав сделки. С. 8. Прим. 11). То обстоятельство, что предписания о гражданско-правовом представительстве могут найти применение к действиям лица, выступающего в качестве гражданско-процессуального представителя, отмечается немецкими цивилистами (см., напр.: Leptien U. Vorbemerkungen zu § 164 // Soergel H.Th. Burgerliches Gesetzbuch. Kommentar. 12 Aufl. Stuttgart; Berlin; Koln; Mainz, 1987. Bd. 1. S. 1284; Palm H. Kommentar zu § 167. S. 503). В отечественной литературе в этом же смысле высказывается Е.В.Васьковский: "Судебное представительство - специальный вид общегражданского, отличающийся тем, что поверенный заменяет своего доверителя не в сфере его гражданско-правовых отношений к другим частным лицам, а в процессе, получая право совершать процессуальные действия по отношению к суду и приходя, таким образом, в соприкосновение с органом государственной власти. Ввиду этого к процессуальному представительству применяются правила, имеющие силу для общегражданского представительства, но с некоторыми видоизменениями" (Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. 2-е изд. М., 1917. С. 194). Под получением волеизъявления следует понимать его поступление в сферу власти того, в отношении кого оно совершается, например помещение документа, содержащего оферту, в почтовый ящик акцептанта (подробнее о получении волеизъявления см.: Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 664-671). Rosenberg L. Stellvertretung im Prozess. Auf der Grudlage und unter eingehender, vergleichender Darstellung der Stellvertretungslehre des burgerlichen Rechts nebst einer Geschickte der prozessualischen Stellvertretung. Berlin, 1908. S. 5-9; Oertmann P. Op. cit. S. 512; Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Tubingen, 1924. Halbbd. 1. S. 283; Oser H., Schonenberger W. Das Obligationenrecht. Allgemeiner Teil (Art. 1-183). 2 Aufl. Zurich, 1929. S. 223; Becker H. Obligationenrecht. Allgemeine Bestimmungen (Art. 1-183). 2 Aufl. Bern, 1941. S. 163; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 758; Larenz K. Op. cit. S. 531; Leptien U. Kommentar zu § 164. S. 1301; Flume W. Op. cit. S. 754; Kohler H. Op. cit. S. 203; Hubner H. Op. cit. S. 503; Gauch P., Schluep W., Schmid J., Rey H. Op. cit. S. 286, 295; Palm H. Kommentar zu § 164. S. 489; Heinrichs H. Einfuhrung vor § 164. S. 171. Larenz K., Wolf M. Op. cit. S. 860-861. Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 1. S. 294; Larenz K. Op. cit. S. 531. Компетентность представителя к получению волеизъявления есть его правовое свойство, в силу которого действие полученного им для представляемого волеизъявления наступает непосредственно в правовой сфере последнего (см.: Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 335). Имея в виду это свойство, P.Oertmann говорит о "власти к представительству, предназначенной для получения волеизъявлений" ("Vertretungsmacht, die sich auf die Entgegennahme von Erkladrungen richtet") (Oertmann P. Op. cit. S. 512); U.Leptien - о "власти к представительству в получении" ("Empfangsvertretungsmacht") (Leptien U. Kommentar zu § 164. S. 1302); A.Tuhr, K.Larenz и М.Wolf - о "пассивной власти к представительству" ("passive Vertretungsmacht") (Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 335; Larenz K., Wolf M. Op. cit. S. 860). Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 1. S. 294. Anm. 47. Tuhr A. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 1. S. 294. В немецкой литературе правильно отмечается, что о добровольном представительстве речь идет только тогда, когда в основании возникновения у представителя полномочия лежит односторонняя сделка представляемого, направленная на возникновение этого полномочия; все остальные случаи представительства относятся к законному представительству (см.: Regelsberger F. Pandekten. Leipzig, 1893. Bd. 1. S. 593; Oertmann P. Op. cit. S. 503; Rosenberg L. Op. cit. S. 535 ff.; Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 417, 418). Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 203, 204. Представленный в этой цитате взгляд о допустимости приобретения представителем полномочия непосредственно из закона, или, что одно и то же, по прямому указанию закона, бытует и в германской цивилистике (см., напр.: Enneccerus L., Nipperdey Н.С. Op. cit. S. 772-773; Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Hulfte 2. S. 417; Flume W. Op. cit. S. 780; Larenz K., Wolf M. Op. cit. S. 861). Но этот взгляд является ошибочным. Для наступления правового последствия, в том числе для возникновения у представителя полномочия, кроме предписания закона всегда требуется наличие юридически значимого факта, с которым закон связывает наступление этого последствия. Как справедливо отмечает О.А.Красавчиков, "норма права (общее предписание) никогда не может сама, помимо юридических фактов, породить те или другие юридические последствия" (Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 26). Исходя из того же способа представления, С.С.Алексеев правильно пишет: "Незаметность" многих фактов, их "обыденность"... порождают иллюзию, что некоторые правоотношения вытекают "непосредственно из закона". Между тем ни одно юридическое последствие (возникновение, изменение, прекращение правоотношения) непосредственно из нормы права не вытекает. Здесь везде необходим юридический факт - конкретное жизненное обстоятельство, предусмотренное юридической нормой" (Алексеев С.С. Проблемы теории права. Т. 1. Свердловск, 1972. С. 342). См., напр.: Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Reckts. Bd. 2. Halfte 2. S. 417 mit. Anm. 3; Larenz K., Wolf M. Op. cit. S. 861; Васьковский Е.В. Учебник гражданского права. Вып. 1. СПб., 1894. С. 144; Шерешевский И.В. Указ. соч. С. 6. Regelsberger F. Op. cit. S. 323; Rosenberg L. Op. cit. S. 538. Anm. 1; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 774-775; Buren B. Schweizerisches Obligationenrecht. Allgemeiner Teil. Zurich, 1964. S. 167; Bucher E. Schweizerisches Obligationenrecht. Allgemeiner Teil ohne Deliktsrecht. 2 Aufl. Zurich, 1988. S. 627; Черепахин Б.Б. Органы и представители юридического лица // Уч. зап. ВНИИСЗ. Вып. 14. М., 1968. С. 135 и след. Верно отмечая, что "органы юридического лица не могут рассматриваться как самостоятельные субъекты гражданских правоотношений и, следовательно, выступать в качестве представителей юридического лица в гражданско-правовых отношениях", Президиум ВАС РФ в постановлении от 11.04.2006 N 10327/05 указывает на недопустимость применения к сделкам юридических лиц предписания п. 3 ст. 182 ГК РФ, запрещающего представителю совершать сделки в отношении лица, представителем которого он одновременно является (см.: Вестник ВАС РФ. 2006. N 7. С. 146). Однако цель упомянутого предписания состоит в исключении коллизии интересов представляемых. Поскольку коллизия может возникнуть и между интересами двух юридических лиц, когда один гражданин, одновременно выполняющий функции органа обоих этих лиц, заключает между ними договор, следует признать, что в этом случае возможно применение предписания п. 3 ст. 182 ГК РФ по аналогии. Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 417 ff.; ders. Allgemeiner Teil des schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 1. S. 305 ff.; Enneccerus L., Nipperdey H.С. Op. cit. S. 773; Rosenberg L. Lehrbuch des deutschen Zivilprozessrechts. 9 Aufl. Munchen und Berlin, 1961. S. 164; Larenz K. Op. cit. S. 533; Flume W. Op. cit. S. 781. Квалификация представительства доверительного управляющего, которому учредитель передал в управление свое имущество, в качестве законного представительства не затрагивается тем обстоятельством, что в этом случае договор об управлении заключил сам представляемый. Возникновение полномочия доверительного управляющего обосновывается не односторонней сделкой учредителя, направленной на установление этого полномочия, а представляет собой предусмотренное абзацем первым п. 2 ст. 1012 ГК РФ косвенное законное последствие договора доверительного управления. Наследство с момента его открытия и до момента принятия не является бессубъектным, как утверждает В.И.Серебровский (см.: Серебровский В.И. Очерки советского наследственного права. М., 1953. С. 165). Касаясь этого вопроса, О.С.Иоффе правильно отмечает: "В промежутке между открытием и принятием наследства обладатель входящих в его состав прав и обязанностей пока еще не определен. Но он обязательно будет определен (поскольку переход наследства к тому или иному лицу неотвратим), и как только это произойдет, станет ясно, кому принадлежали соответствующие права и обязанности с момента смерти их носителя (поскольку акту принятия наследства придается обратная сила). А временная неопределенность субъекта прав и обязанностей, если он при всех обстоятельствах должен быть определен, не равнозначна его отсутствию. И так как у наследственного имущества всегда имеется свой субъект, хотя бы и не определившийся до известного момента, невозможно указать ни на один промежуток времени, в пределах которого это имущество никому бы не принадлежало и оказывалось бы в положении комплекса бессубъектных прав и обязанностей" (Иоффе О.С. Советское гражданское право. Л., 1965. С. 296). Если душеприказчик или привлеченный в соответствии со ст. 1173 ГК РФ управляющий наследственным имуществом заключает сделку по поводу этого имущества до принятия наследства, то он представляет неопределенного наследника (о допустимости представительства в отношении лица, личность которого еще только предстоит определить, см.: Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 343; Larenz K. Op. cit. S. 545-546; Flume W. Op. cit. S. 765-766; Heinrichs H. Kommentar zu § 164. S. 173). Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 342-343; Larenz K. Op. cit. S. 533. "He против (отнесения управляющих чужим имуществом к числу представителей. - Е.К., Ю.Б.) говорит и то, что они назначаются не для того или в первую очередь не для того, чтобы соблюдать интересы обладателей имущества... Понятие представительства не требует, ... чтобы представитель непременно соблюдал интерес представляемого" (Larenz К. Op. cit. S. 532-533). Larenz К. Op. cit. S. 533. Характеризуя "полномочия" исполнителя завещания, Ю.К.Толстой пишет, что они представляют собой "сплав прав и обязанностей, необходимых исполнителю для исполнения завещания" (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья (постатейный) / под ред. А.П.Сергеева и Ю.К.Толстого. М., 2002. С. 69 (автор комментария - Ю.К.Толстой). При этом автор не учитывает, что, будучи субъективным гражданским правом, полномочие не может являться совокупностью, или "сплавом", субъективных прав и юридических обязанностей. "Они (управляющие. - Е.К., Ю.Б.) сами... из сделки, заключенной ими в качестве управляющих, не управомочиваются и не обязываются. Правовое последствие такой сделки достигает не их, а обладателей имущества" (Larenz К. Op. cit. S. 532). О солидарном полномочии см.: Hupka J. Die Vollmacht. Eine civilistische Untersuchung mit besonderer Berucksichtigung des deutschen Burgerlichen Gesetzbuchs. Leipzig, 1900. S. 364, 365; Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 412, 413; Oser H., Schonenberger W. Op. cit. S. 242; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 799-800; Buren B. Op. cit. S. 155; Bucher E. Op. cit. S. 636; Kohler H. Op. cit. S. 220; Gauch P., Schluep W., Schmid J., Rey H. Op. cit. S. 308, 309; Байгушева Ю.В. Передоверие//Очерки no торговому праву. Вып. 15. Ярославль, 2008. С. 34. Прим. 10. О коллективном полномочии см.: Hupka J. Op. cit. S. 363-374; Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 412, 413-415; Oser H., Schonenberger W. Op. cit. S. 241-242; Enneccerus L, Nipperdey H.C. Op. cit. S. 799-800; Buren B. Op. cit. S. 155, 156; Larenz K. Op. cit. S. 543-544; Bucher E. Op. cit. S. 636, 637; Flume W. Op. cit. S. 782-784; Kohler H. Op. cit. S. 220; Gauch P., Schluep W., Schmid J., Rey H. Op. cit. S. 308, 309; Байгушева Ю.В. Передоверие. С. 34. Прим. 10. Leptien U. Kommentar zu § 164. S. 1298; Gernhuber J., Coester-Waltjen D. Lehrbuch des Familienrechts. 4 Aufl. Munchen, 1994. S. 920; Hubner H. Op. cit. S. 503; Larenz K., Wolf M. Op. cit. S. 863; Heinrichs H. Kommentar zu § 167. S. 180. По мнению В.А.Рясенцева, и мать, и отец вправе самостоятельно совершать сделки от имени своего малолетнего ребенка; признание за каждым из них соответствующего полномочия "вытекает из ст. 39 КЗоБСО РСФСР, устанавливающей, что: "Все мероприятия в отношении детей принимаются обоими родителями совместно" (Рясенцев В.А. Указ. соч. С. 344). Нетрудно заметить, что предписание закона, с помощью которого В.А.Рясенцев старается обосновать свое мнение, обосновывает противоположное: в заключении сделки от имени малолетнего ребенка должны участвовать оба его родителя. Tuhr A. Der allgemeine Teil des deutschen burgerlichen Rechts. Bd. 2. Halfte 2. S. 413-414; Enneccerus L., Nipperdey H.C. Op. cit. S. 800; Flume W. Op. cit. S. 782. Gernhuber J., Coester-Waltjen D. Op. cit. S. 921. В данном случае не действует сформулированное Т.Гоббсом положение: "Если... представительство состоит из многих людей, то голос большинства их должен быть рассматриваем как голос всех. Ибо если (к примеру) меньшее число высказывается в утвердительном смысле, а наибольшее число - в отрицательном, то число высказавшихся в отрицательном смысле более чем достаточно, чтобы покрыть число высказавшихся в утвердительном смысле, и таким образом избыточные отрицательные голоса, оставшиеся непокрытыми противоположными голосами, являются единственными голосами представительства" (Гоббс Т. Указ. соч. С. 141). О поддоверии см.: Байгушева Ю.В. Передоверие. С. 32 и след. Аналогичную направленность имеет выдача одним супругом другому полномочия на распоряжение принадлежащим им правом общей совместной собственности или общим совместным требованием (о распоряжении этими правами подробнее см.: Гражданское право / под ред. А.П.Сергеева. Т. 3. М., 2009. С. 438-440 (автор параграфа - Ю.В.Байгушева). Принцип частной автономии (диспозитивности) закреплен в п. 1 и абзаце первом п. 2 ст. 1, абзаце первом п. 1 ст. 2 и ст. 421 ГК РФ. Mulller-Freienfels W. Die Vertretung beim Rechtsgeschaft. Tubingen, 1955. S. 14, 28, 72, 209ff. Leptien U. Vorbemerkungen zu § 164. S. 1255; Flume W. Op. cit. S. 754. Larenz K. Op. cit. S. 531-532. Leptien U. Vorbemerkungen zu § 164. S. 1255; Larenz K., Wolf M. Op. cit. S. 862. Brox H. Allgemeiner Teil des Burgerlichen Gesetzbuchs. 8 Aufl. Koln; Berlin; Bonn; Munchen, 1984. S. 206; Flume W. Op. cit. S. 762; Hubner H. Op. cit. S. 504; Heinrichs H. Einfllhrung vor § 164. S. 172. Если супруг признан судом недееспособным, то брак может быть прекращен через одностороннюю сделку его опекуна (п. 2 ст. 16 СК РФ). Такой способ прекращения брака возможен в случае безвестного отсутствия другого супруга, его недееспособности или осуждения за совершение преступления к лишению свободы на срок свыше трех лет (п. 2 ст. 19 СК РФ). Подробнее о заключении супругами сделок, направленных на прекращение брака, см.: Гражданское право / под ред. А.П.Сергеева. Т. 3. С. 449-452 (автор параграфа - Ю.В.Байгушева). По мнению А.П.Сергеева, к сделкам, которые "могут быть совершены только лично", относится выдача одним лицом другому полномочия (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть первая (постатейный) / под ред. Н.Д.Егорова и А.П.Сергеева. 3-е изд. М., 2005. С. 415 (автор комментария - А.П.Сергеев). Однако это мнение ошибочно. Закон не содержит предписания, исключающего представительство в отношении выдачи представляемым представителю полномочия. Отсутствуют и другие признаки, по которым эта сделка могла бы быть причислена к высокоперсонифицированным сделкам. Кроме того, при передоверии в собственном смысле субститут наделяется полномочием только через сделку лица, действующего от имени другого (см.: Байгушева Ю.В. Передоверие. С. 33). В фактический состав этого распорядительного договора входят два элемента: 1) соглашение о переходе права собственности на земельный участок, которое само по себе не является сделкой, и 2) государственная регистрация этого соглашения (см.: Крашенинников Е.А. К вопросу о "собственности на требование" // Очерки по торговому праву. Вып. 12. Ярославль, 2005. С. 34 с прим. 9; Он же. Распорядительные сделки. С. 27 с прим. 12). Flume W. Op. cit. S. 762. Ibid. Heinrichs H. Einfuhrung vor § 164. S. 172. ____________