НОРМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА 1 В ПРАКТИКЕ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ Конституция Российской Федерации включила общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации в правовую систему России (п. 4 ст. 15). Данное положение, в частности, означает, что арбитражные суды Российской Федерации в своей деятельности обязаны руководствоваться не только внутригосударственными правовыми нормами, но и нормами, содержащимися в международном праве. Во исполнение данного положения статьей 3 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" предусмотрено, что единство судебной системы Российской Федерации обеспечивается применением всеми судами общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации. Применять нормы международного права арбитражные суды обязывает также и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации. Согласно части 3 статьи 11 АПК РФ "если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора". В силу статьи 3 АПК РФ "если международным договором Российской Федерации установлены иные правила судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации, то применяются правила международного договора". Таким образом, в настоящее время существуют правовые основания для применения арбитражными судами Российской Федерации международно-правовых норм. В настоящей статье анализируется практика применения общепризнанных и договорных норм международного права. Под "общепризнанными принципами и нормами международного права" понимаются такие нормы международного права, которые 2 официально признаются всеми или почти всеми государствами . Общепризнанные принципы и нормы международного права формируют общее международное право, поэтому любое государство, в том числе 3 и вновь образованное, обязано уважать это право . Как правило, эти нормы закрепляются в резолюциях международных организаций, 4 конференций, проектах многосторонних международных соглашений . Известно, что Всеобщая декларация прав человека 1948 года, принятая резолюцией N 271 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН, содержит общепризнанные нормы, касающиеся защиты прав и свобод человека. В отличие от договорной нормы международного права при применении общепризнанной нормы международного права у арбитражных судов Российской Федерации могут возникнуть определенные трудности, связанные с толкованием ее нормативного содержания, а также с определением того, насколько та или иная норма является общепризнанной и, следовательно, формирует правовую систему России. Однако эти трудности не стоит абсолютизировать. В случае если арбитражный суд сталкивается с такими вопросами, то он может, к примеру, обратиться с запросом в Министерство иностранных дел Российской Федерации, изучить резолюции международных организаций. Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно ссылался на общепризнанные принципы и нормы международного права для обоснования своей позиции в решениях по 5 рассматриваемым делам . Представляется, что эти решения также могли бы использоваться арбитражными судами России для разрешения вопроса о наличии или отсутствии в международном праве соответствующих общепризнанных норм. Арбитражные суды России в своей деятельности начинают руководствоваться общепризнанными нормами международного права и применять их, и в этой связи нельзя не согласиться с профессором М.М.Богуславским, утверждающим, что потребуется определенное время, для того чтобы общепризнанные принципы и нормы международного права действительно стали частью правовой системы 6 России и, в частности, применялись судами России . Рассматривая вопрос о международных договорах Российской Федерации, арбитражным судам следует иметь в виду, что частью правовой системы России является не всякий международный договор. В силу пункта 3 статьи 5 Федерального закона положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской Федерации непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров Российской Федерации принимаются соответствующие правовые акты. Следовательно, частью правовой системы России является международный договор Российской Федерации, который одновременно отвечает следующим требованиям: а) он заключен в письменной форме; б) вступил в силу и стал обязательным для Российской Федерации; в) его положения четкие и конкретные, способные оказывать регулирующее воздействие на отношения с участием субъектов национального права (самоисполнимые международные договоры); г) он официально опубликован в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. Таким образом, при осуществлении судопроизводства должны применяться только такие международные договоры Российской Федерации, которые отвечают всем вышеуказанным критериям. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на необходимость применения арбитражными судами России международно-правовых норм. К примеру, в связи с присоединением Российской Федерации к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в информационном письме от 20.12.99 N С1-7/СМП-1341 справедливо отметил, что судам надлежит принимать во внимание принципы, применяемые Европейским судом по правам человека, при защите имущественных прав в процессе осуществления правосудия в арбитражных судах Российской 7 Федерации . В информационном письме от 16.08.95 N ОМ-230 содержится перечень международных договоров и соглашений, в 8 исполнении которых участвуют арбитражные суды России . Таким образом, при осуществлении судопроизводства подлежат применению нормы международного права, ставшие в силу пункта 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации частью правовой системы России. Анализ сложившейся судебно-арбитражной практики, связанной с применением норм международного права, позволяет сформулировать ряд основных выводов. Арбитражные суды России в своей деятельности должны исходить из того, что нормы международного права по отношению к правилам, сформулированным в национальном законодательстве, носят специальный характер и позволяют отменить положения закона, не 9 соответствующие международному договору . Так, белорусское акционерное общество обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с российского общества с ограниченной ответственностью задолженности и неустойки по договору поставки. Спор рассмотрен в соответствии с российским законодательством. При этом суд исходил из того, что, поскольку стороны не определили в контракте, законодательство какого государства применимо к отношениям сторон, вытекающим из исполнения договора поставки, вопрос о применимом праве решается судом самостоятельно на основе пункта "е" статьи 11 Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, в котором пред усмотрено, что "права и обязанности сторон по сделке определяются по законодательству места ее совершения". В силу того, что сделка была совершена в Москве, судебный спор разрешается на основе российского 10 законодательства . Если бы суд применил коллизионную норму, содержащуюся в статье 166 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, то применимым правом к отношениям сторон было бы законодательство Белоруссии, так как предприятие, являющееся 11 поставщиком, находилось на территории Республики Белоруссия . Арбитражные суды Российской Федерации должны учитывать, что, поскольку нормы, содержащиеся в международном договоре, носят специальный характер, вопросы, не урегулированные международным договором, разрешаются на основе российского законодательства. Федеральный Арбитражный суд Московского округа, рассмотревший дело по иску швейцарской компании "Sisno-Trading" к российскому акционерному обществу "Носта" о взыскании основного долга, исходил из того, что к вопросам, не урегулированным Венской конвенцией международной купли-продажи товаров 1980 года, применяются положения национального права. В информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.02.98 N 29 (п. 7) также обращено внимание на то, что "в случае, когда спорные вопросы не урегулированы международным договором, суд применяет нормы внутригосударственного российского гражданского права, в том 12 числе Гражданского кодекса Российской Федерации" . При рассмотрении дел с "иностранным элементом" арбитражные суды обязаны обращаться к международным договорам Российской Федерации, которые могут содержать иные правила, чем предусмотренные внутригосударственным законодательством. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в обзоре судебной практики по этой категории дел указал, что, как следует из статьи 55 Консульского устава СССР 1976 года, все документы, исходящие от властей иностранного государства, подлежат консульской легализации. Исключение из этого правила может быть предусмотрено только международным договором. Двусторонним договором о правовой помощи между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой 1992 года установлено, что официальные документы, составленные на территории одной Договаривающейся стороны, пользуются доказательной силой официальных документов на территории другой Договаривающейся стороны без легализации при 13 наличии подписи и официальной печати . По другому делу арбитражный суд в связи с отсутствием в международных соглашениях специальных правил применил общее правило, содержащееся в законодательстве Российской Федерации. Фирма "НАИМ АНВАР КО. ЛТД." (Афганистан, Кабул) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском к ОАО "Внешинторг" о признании недействительным протокола общего собрания акционеров этого общества. Решением от 25.08.97 иск удовлетворен частично. Постановлением апелляционной инстанции от 16.12.97 решение отменено, иск оставлен без рассмотрения со ссылкой на то, что право лица на подписание искового заявления не подтверждено. Федеральный арбитражный суд Московского округа это постановление отменил и дело передал на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию арбитражного суда. При новом рассмотрении постановлением от 17.03.98 решение оставлено без изменения. Вынесенный судебный акт Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации признан неправомерным. Постановление апелляционной инстанции от 16.12.97 оставлено без изменения. Высшая судебная инстанция исходила из того, что фирма, заявившая исковые требования и называющая себя юридическим лицом Исламского Государства Афганистан, в подтверждение своего юридического статуса представила документы, заверенные консульскими службами Исламского Государства Афганистан в Москве. Однако арбитражные суды России принимают в качестве доказательств иностранные официальные документы при условии их легализации консульскими службами Российской Федерации. Международные договоры между Российской Федерацией и государством Афганистан, в том числе Консульская конвенция между СССР и Демократической Республикой Афганистан от 24.05.81, требований консульской легализации не отменяют. Следовательно, при отсутствии на иностранных официальных документах отметки о легализации, осуществленной российскими дипломатическими или консульскими службами, такие документы согласно статье 57 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не могут рассматриваться как допустимые доказательства по делу и не могут подтверждать правового статуса иностранного 14 лица в деле . Акционерное общество "Центрозап" (Республика Польша) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском о признании недействительным решения налоговой инспекции о взыскании 127 612 632 рублей. Решением суда иск удовлетворен частично. Постановлением апелляционной инстанции решение оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Уральского округа решение и постановление отменил, исковые требования удовлетворил. Рассмотрев это дело, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации обратил внимание на то, что Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Польша об избежании двойного налогообложения доходов и имущества от 22.05.92, вступившее в силу 23.02.93, не касается вопросов обложения косвенными налогами. Следовательно, у арбитражного суда имелись основания считать, что истец является плательщиком налога на добавленную стоимость и специального налога, поскольку международными соглашениями не установлено иное (курсив мой. - 15 Б.З.) . Обратим внимание на еще один аспект взаимодействия международного права и национального законодательства, отмеченный Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации. Как следует из статьи 181 Таможенного кодекса Российской Федерации, осуществление производственной и иной коммерческой деятельности, перемещение товаров, транспортных средств через таможенную границу допускается только с разрешения таможенных органов Российской Федерации и под их контролем, за исключением случаев, предусмотренных законодательными актами Российской Федерации. Однако Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в обзоре практики рассмотрения споров, связанных с применением таможенного законодательства, обратил внимание на то, что исключением из данного правила являются случаи, когда такое перемещение возможно и в соответствии с нормами международного 16 права . Таким образом, высшая судебная инстанция допускает возможность того, что международные договоры и общепризнанные нормы международного права могут предусматривать исключения из правил, установленных законом, даже в том случае, когда закон о такой возможности прямо не упоминает. Применение и толкование международно-правовых норм должны осуществляться в соответствии с международным правом, а также с учетом международной практики их применения. Так, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации отметил, что суд, применяя нормы международных договоров, руководствуется тем, что толкование международных правил производится в порядке, определенном разделом 3 части 3 Венской конвенции о праве международных договоров от 23.05.69. Суд толкует международно-правовую норму добросовестно, в контексте и в соответствии с объемом и целями международного договора Российской 17 Федерации . Следовательно, толкование международно-правовых норм арбитражными судами России должно осуществляться в свете Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года. Фирма, зарегистрированная в иностранном государстве, обратилась в арбитражный суд с иском к российскому акционерному обществу о возмещении убытков. Спор разрешен с учетом заявления, сделанного СССР при присоединении к Конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года. Суд исходил из того, что к отношениям сторон применима Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года. Конвенция содержит норму императивного характера о форме сделки - статья 12. При этом в указанной статье оговаривается обязательность письменной формы сделки. Это правило распространяется как на международный договор купли-продажи, так и на его изменение (ст. 29 Конвенции). Статья 12 Конвенции применяется, когда хотя бы одна из сторон в договоре имеет коммерческое предприятие в государстве - участнике Конвенции, законодательство которого требует, чтобы договоры купли-продажи заключались в письменном виде, о чем это государство сделало заявление на основании статьи 96 Конвенции. СССР при присоединении к Конвенции заявил о соблюдении требований статьи 12. Статья 13 Конвенции к письменной форме (из электронных видов связи) относит только сообщения "по телеграфу и телетайпу". Таким образом, договор купли-продажи и его изменение в случае участия в нем фирмы из Российской Федерации должны заключаться в письменной форме, каковой телефонная связь не 18 является . Таким образом, при рассмотрении этого дела судом правильно применены нормы международного права и им дано верное истолкование. При разрешении споров судам необходимо учитывать, что согласно Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года применению подлежат только те международные договоры, которые вступили в силу для Российской Федерации. В силу международный договор вступает только тогда, когда его положения становятся юридически обязательными для конкретного государства. В связи с этим необходимо различать вступление международного договора в силу, когда договор начинает действовать как источник международного права, то есть порождать права и обязанности для его участников, и вступление договора в силу для конкретного государства. Международный договор может быть источником международного права, но не быть обязательным для какого-либо участника, если государство или иной субъект международного права не выразили до конца своего согласия на обязательность для него договора. В свою очередь, если Российская Федерация окончательно выразила согласие на обязательность для нее международного договора, не вступившего в силу (например, договор не набрал достаточного количества ратификационных грамот), то такой договор также не будет являться международным договором Российской Федерации и, следовательно, входить в правовую систему России. По иску российской организации к иностранной фирме суд прекратил производство по делу, сославшись на неподведомственность арбитражному суду спора. При этом суд исходил из того, что иностранное государство, на территории которого находится фирма, подписало международный договор с Российской Федерацией, требовавший в дальнейшем ратификации. На момент рассмотрения дела договор не был ратифицирован. Федеральным арбитражным судом округа решение суда признано неправомерным. Основанием для отмены судебного акта послужили выводы кассационной инстанции о том, что нератификация международного договора иностранным государством не может рассматриваться как запрещение на рассмотрение таких споров в арбитражных судах Российской Федерации. Иными словами, международный договор не вступил в силу и, следовательно, не 19 порождает соответствующих прав и обязанностей . Как уже отмечалось, частью правовой системы России являются не только международные договоры Российской Федерации, но и общепризнанные принципы и нормы международного права. В Конституции Российской Федерации не упоминается о возможности применения общепризнанных принципов и норм международного права. АПК РФ в статье, посвященной нормативным актам, применяемым арбитражными судами при осуществлении правосудия, называет исключительно международные договоры Российской Федерации. Однако, как свидетельствует судебно-арбитражная практика, суды применяют не только международные договорные нормы, но и общепризнанные нормы 20 международного права . Так, рассмотрев одно из дел, арбитражный суд сослался на общепризнанную норму, содержащуюся в Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах от 26.01.96, рекомендованной Генеральной Ассамблеей ООН к подписанию. Согласно данной норме недобросовестное требование бенефициара о платеже по международному гарантийному обязательству в случае, когда основное обязательство было исполнено удовлетворительным для бенефициара образом, может являться формой злоупотребления правом и служить для добросовестного гаранта основанием к приостановлению платежа до принятия судебных мер. Руководствуясь указанным положением, а также статьей 10 ГК РФ, арбитражный суд отказал бенефициару в 21 удовлетворении исковых требований к гаранту . В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 158, статьей 176 АПК РФ основаниями к изменению или отмене решения или постановления арбитражного суда являются нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Нарушение процессуальных или материальных норм международного права также является основанием к изменению или отмене судебного акта. Фирма "Цинекс" (Австрия, Вена) обратилась в арбитражный суд с иском к АООТ "Центр международной торговли и научно-технических связей с зарубежными странами" (Москва) о взыскании процентов за пользование кредитом и штрафа. Требование удовлетворено частично. Федеральным арбитражным судом округа решение изменено. Названные судебные акты Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отменены, дело передано на новое рассмотрение, поскольку порядок представления процессуальных документов, идентифицирующих личность иностранного юридического лица, установлен Конвенцией по вопросам гражданского процесса от 01.03.54 и Конвенцией, отменяющей требования легализации иностранных официальных документов 1961 года. Такой порядок соблюден не был. ОАО "Центральный рынок" обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с иском к филиалу N 1 Болгаро-русского товарищества, зарегистрированного в Болгарии, о взыскании задолженности по арендной плате. Решением суда иск удовлетворен. Рассмотрев дело, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации решение отменил. При этом высшая судебная инстанция исходила из того, что вручение документов участнику арбитражного процесса производится в порядке, предусмотренном международными договорами с участием Российской Федерации. Договор о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенный между СССР и Народной Республикой Болгарией 19.02.75, продолжает действовать до настоящего времени. Согласно пункту 4 договора Договаривающиеся стороны оказывают друг другу правовую помощь в совершении отдельных процессуальных действий. В частности, правила вручения документов, установленные пунктами 3, 8 и 9 договора, предусматривают направление судебных документов, в том числе извещений о принятии спора к рассмотрению российским арбитражным судом, через Минюст России и Министерство юстиции Болгарии для вручения иностранному участнику спора. Между тем в деле отсутствуют доказательства надлежащего извещения иностранного лица о предстоящем судебном разбирательстве. Уведомление было направлено только в адрес филиала иностранного юридического лица, хотя данный способ извещения является дополнительным, а не основным. Болгарская сторона была лишена возможности участвовать в судебном разбирательстве, высказать свое мнение о возможности рассмотрения спора в российском суде и каким-либо образом защищать свои права и интересы. При таких обстоятельствах решение, вынесенное в отсутствие другой стороны, не извещенной надлежащим 22 образом о времени и месте слушания дела, является незаконным . ОАО "Норд-Вест Ф. К." обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с иском к фирме "INTERCARGO DANMARK A/S" о взыскании убытков. Определением в принятии искового заявления отказано. Постановлением апелляционной инстанции определение оставлено без изменения. Рассмотрев дело, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации упомянутые судебные акты отменил по следующим основаниям. Судом не учтено, что в основе спора лежат отношения по международной дорожной перевозке грузов, следовательно, к отношениям сторон подлежит применению Женевская конвенция от 19.05.56 о договоре международной перевозки грузов. Статья 31 Конвенции предусматривает, что по всем спорам, возникающим из перевозки, подпадающей под действие настоящей Конвенции, истец, кроме согласованных сторонами судов стран - участниц Конвенции, может обратиться в суд страны, на территории которой находится место принятия груза к перевозке. При таких обстоятельствах судебные акты противоречат международным договорам Российской 23 Федерации . Белорусское предприятие обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к российскому акционерному обществу о признании недействительным договора купли-продажи акций. Решением суда в иске отказано. Постановлением апелляционной инстанции решение оставлено без изменения. Федеральным арбитражным судом Московского округа решение и постановление отменены. При этом кассационная инстанция исходила из того, что суд не определил согласно белорусскому законодательству правоспособность истца, не являющегося российским юридическим лицом. В соответствии со статьей 11"а" Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, подписанного правительствами государств - участников СНГ 20.03.92 в Киеве, гражданская правоспособность и дееспособность юридических лиц и предпринимателей определяется по законодательству государства - участника СНГ, на территории которого учреждено юридическое 24 лицо . Следовательно, неприменение судом международного договора привело к вынесению незаконного и необоснованного решения. По одному из дел, касающемуся признания недействительным решения госналогинспекции, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации обратил внимание на то, что судом не дано оценки подзаконному акту, соответствию его законодательству, не исследованы вопросы, связанные с наличием обязанности у иностранных юридических лиц по уплате налогов на территории Российской Федерации и соответственно обязанности налогового 25 агента по их удержанию с учетом международных обязательств . По другому делу основанием для отмены судебных актов послужили выводы Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации о том, что суд не оценил правильности применения налоговым органом подзаконного акта, соответствия его 26 законодательству, положениям международного договора . При разрешении споров может возникнуть вопрос, какой международно-правовой нормой руководствоваться, если возникает коллизия между нормами международного права, закрепленными в универсальных (многосторонних) и региональных, двусторонних международных соглашениях, ставших обязательными для Российской Федерации. Эта коллизия должна быть разрешена в пользу регионального или двустороннего международного соглашения, которое содержит специальную норму по отношению к общей норме, сформулированной в многостороннем международном соглашении. Именно такой подход был использован Верховным Судом Российской Федерации, когда обнаружилось несоответствие между Европейской конвенцией о защите прав человека и Международным пактом о гражданских и политических правах. Постановлением судьи Московского областного суда уголовное дело было прекращено на основании пункта 9 статьи 5 УПК РСФСР и пункта 7 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. Судом кассационной инстанции определение оставлено без изменения. Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации выводы судьи признаны ошибочными, поскольку императивная норма международного права применительно к данной ситуации сформулирована лишь в пункте 7 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. Между тем в соответствии с пунктом 1 статьи 4 Протокола N 7 к Европейской конвенции о защите прав и основных свобод, ратифицированного Российской Федерацией, никакое лицо не должно быть вторично судимо или наказано в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое оно уже было окончательно оправдано или осуждено в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами этого государства. Однако в пункте 2 той же статьи Протокола дано разъяснение, согласно которому положения предыдущего пункта не препятствуют повторному рассмотрению дела, если есть сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или в ходе предыдущего разбирательства 27 были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела . Таким образом, на основании судебно-арбитражной практики, связанной с применением норм международного права, можно сделать следующие выводы: а) нормы международного права по отношению к нормам, сформулированным в национальном законодательстве, носят специальный характер; б) вопросы, не урегулированные международным правом, разрешаются на основании национального законодательства; в) международные договоры и общепризнанные нормы международного права могут предусматривать исключения из правил, установленных законом, даже в том случае, когда закон о такой возможности прямо не упоминает; г) арбитражный суд при рассмотрении дела не применяет нормы закона, регулирующего возникшие правоотношения, если вступившим в силу для Российской Федерации ратифицированным международным договором установлены иные правила, чем предусмотренные законом; д) применение и толкование норм международного права осуществляется в порядке, который существует в международном праве, а также с учетом международной практики их применения; е) нарушение арбитражным судом материальных или процессуальных норм международного права является основанием для отмены судебного решения. ____________ 1 В настоящей статье анализируется практика применения норм международного права в государственных арбитражных судах Российской Федерации. Речь не идет о третейских (арбитражных) судах, к примеру о Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации. 2 См.: Международное право / Под ред. проф. Кузнецова В.И. 2-е изд. М.: Междунар. отношения. С. 30. 3 См.: Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. М.: Бек, 1997. С. 77. 4 Как будет отмечено далее, при рассмотрении одного из дел арбитражный суд Российской Федерации применил общепризнанную норму международного права, закрепленную в Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах от 26.01.96, рекомендованной Генеральной Ассамблеей ООН к подписанию. 5 К примеру, в определении от 06.07.2000 N 128-О по жалобе гражданина Паршуткина В.В. на нарушение его конституционных прав и свобод пунктом 1 части второй статьи 72 УПК РСФСР и статьями 15 и 16 Положения об адвокатуре РСФСР Конституционный Суд Российской Федерации сослался на общепризнанные нормы, содержащиеся в Основных принципах, касающихся роли юристов, принятых восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Российская газета. 2000. 3 августа. N 149). В постановлении от 14.01.2000 по делу о проверке конституционности отдельных положений УПК РСФСР Конституционный Суд Российской Федерации сослался на общепризнанную норму международного права, содержащуюся в Процедурах эффективного осуществления основных принципов независимости судебных органов, одобренных резолюцией Экономического и Социального Совета ООН 24.05.89 (Российская газета. 2000. 2 февраля. N 23). 6 Богуславский М.М. Международное частное право. М.: Юрист, 1998. С. 29. 7 Вестник ВАС РФ. 2000. N 2. 8 Там же. 1995. N 11. С. 82-85. 9 Понятие "отмены" носит как относительный, так и абсолютный характер. Если регулирующее воздействие договора направлено на международные отношения негосударственного характера (отношения с "иностранным элементом"), то правила договора необходимо рассматривать как специальную норму, а правила закона - как общую. В силу общего принципа права специальная норма отменяет общую: lex specialis derogat lex generalis. Здесь можно говорить об относительной "отмене". Однако если участники международного договора решили распространить регулирующие свойства положений, содержащихся в таком соглашении, на внутригосударственные отношения, то в этой ситуации правила договора отменяют правила закона, которые не подлежат применению в дальнейшем ни при каких условиях. В этом случае имеется в виду абсолютная "отмена". 10 См.: Обзор судебно-арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц: Инф. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.02.98 N 29 (п. 10) // Вестник ВАС РФ. 1998. N 4. 11 В связи с данным делом нельзя не обратить внимания на содержание пункта 3 статьи 1186 ГК РФ, согласно которому "если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается". 12 Вестник ВАС РФ. 1998. N 4. 13 Обзор практики рассмотрения споров по делам с участием иностранных лиц, рассмотренных арбитражными судами после 1 июля 1995 года: Инф. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.96 N 10 (п. 5) // Вестник ВАС РФ. 1997. N 3. 14 Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08. 09.98 N 1367/98 // Вестник ВАС РФ. 1998. N 12. 15 Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.99 N 4419/98 не было опубликовано. Материалы дела находятся в архиве Арбитражного суда Челябинской области. 16 Прилож. к письму Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.96 N 5 (п. 4) // Вестник ВАС РФ. 1996. N 9. С. 121. 17 См.: Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.99 N 8 "О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса" (п. 4) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 8. 18 См.: Инф. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.02.98 N 29 (п. 2) // Вестник ВАС РФ. 1998. N 4. 19 См.: Обзор практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в кассационной инстанции: Инф. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.03.97 N 12 (п. 12) // Вестник ВАС РФ. 1997. N 5. С. 132-133. В соответствии с пунктом 6 статьи 22 АПК РФ арбитражный суд рассматривает подведомственные ему дела с участием организаций и граждан Российской Федерации, а также иностранных организаций, организаций с иностранными инвестициями, международных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства, осуществляющих предпринимательскую деятельность, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации. 20 Арбитражные суды очень часто применяют международные правила толкования торговых терминов ИНКОТЕРМС-90, разработанные Международной торговой палатой (см., напр.: Инф. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.02.98 N 29 (п. 2) // Вестник ВАС РФ. 1998. N 4). Как справедливо отмечает судья Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, профессор Т.Н.Нешатаева, по своей природе эти правила являются обычаями делового оборота в сфере международной торговли. Действующее российское гражданское законодательство предусматривает, что обычай делового оборота наряду с законодательством может регулировать отношения между сторонами внешнеэкономического контракта (ст. 6 ГК РФ) (Нешатаева Т.Н. Иностранные предприниматели в России. Судебно-арбитражная практика. М.: Дело, 1998. С. 37-42). В связи с этим необходимо различать общепризнанные нормы международного права, которые в силу пункта 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации являются частью правовой системы России, и международные правила толкования торговых терминов как обычаи делового оборота, регулирующие отношения исключительно между коммерческими предприятиями в сфере внешней торговли. Поэтому в настоящей работе не затрагиваются особенности применения, к примеру, правил ИНКОТЕРМС-90 в арбитражных судах, так как эти правила не являются нормами международного публичного права. 21 См.: Инф. письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.02.98 N 29 (п. 3) // Вестник ВАС РФ. 1998. N 4. 22 Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06. 02.01 N 4460/99 // Вестник ВАС РФ. 2001. N 6. 23 Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.08.99 N 7863/98 // Вестник ВАС РФ. 1999. N 11. 24 Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 22.02.99 по делу N А40-30496/98-27-373 (см. архив Арбитражного суда города Москвы). 25 См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.04.2000 N 1041/99 // Вестник ВАС РФ. 2000. N 7. 26 См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.04.2000 N 5029/99 // Вестник ВАС РФ. 2000. N 8. 27 Законность. 1999. N 7. С. 58. В связи с повторным рассмотрением данного уголовного дела судья Московского областного суда Н.В.Григорьева обратилась в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности пункта 2 статьи 378 и части 3 статьи 380 УПК РСФСР. С точки зрения судьи, положение, допускающее пересмотр дела, по которому ранее был вынесен оправдательный вердикт суда присяжных, противоречит как международно-правовым нормам Российской Федерации, так и Конституции России. В определении от 03.07.97, отказывая в принятии к рассмотрению запроса, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что "при противоречии оспариваемых в запросе норм УПК РСФСР статье 14 Международного пакта о гражданских и политических правах подлежит применению норма международного права" (см.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1997. N 5). Однако Конституционный Суд Российской Федерации, обращая внимание судьи на необходимость применения статьи 14 Пакта, не принял во внимание содержание статьи 4 Протокола N 7 к Европейской конвенции о защите прав и основных свобод, которая также является обязательной для Российской Федерации, но содержит иные правила, чем предусмотренные статьей 14 Пакта. В силу данной статьи положение о недопустимости повторного осуждения лица, в отношении которого ранее был вынесен обвинительный или оправдательный приговор, не препятствует повторному рассмотрению дела в соответствии с уголовно-процессуальными нормами государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или в ходе судебного разбирательства были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела. Из пункта 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации также усматривается, что оправдательный приговор может быть пересмотрен в порядке, определенном в уголовно-процессуальном праве России. Кандидат юридических наук, преподаватель кафедры международного права Дипломатической академии МИД России Б.Л.ЗИМНЕНКО