О СДЕЛКАХ, В СОВЕРШЕНИИ КОТОРЫХ ИМЕЕТСЯ ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ (к пункту 1 статьи 84 Федерального закона ) Пунктом 1 статьи 84 Федерального закона "Об акционерных обществах" (далее - Федеральный закон) предусмотрено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершенная с нарушением требований, предусмотренных статьей 83 Федерального закона, может быть признана недействительной. Основная задача, которую авторы этой публикации ставили перед собой, заключается в том, чтобы определенно ответить на вопрос, оспоримы или ничтожны сделки, в совершении которых имеется заинтересованность. При этом рассматриваются только сделки, предусмотренные пунктом 1 статьи 84 Федерального закона. Значимость поставленного вопроса для судебно-арбитражной практики очевидна. До сих пор отсутствует единый подход к тому, в каком порядке признаются недействительными рассматриваемые сделки. Всякое ли заинтересованное лицо может предъявить иск? Должен ли суд, разрешающий спор из исполнения сделки, самостоятельно оценить ее законность? Требуется ли в данном случае выяснение обстоятельств? Каковы последствия признания сделки недействительной и с какого момента они применяются? Эти и другие частные вопросы, относящиеся к условиям, порядку признания недействительными и последствиям недействительности сделок, не могут быть решены правильно без того, чтобы прежде не отнести конкретную спорную сделку либо к оспоримым, либо к ничтожным. При постановке проблемы мы исходим из того, что она чрезвычайно актуальна прежде всего для предпринимательских отношений. С участием акционерных обществ заключаются многочисленные двух- и многосторонние сделки, которые затем полностью или частично исполняются. Фактически ничем не ограниченная возможность предъявлять иски о ничтожности сделок приводит к дезавуированию прошлой деятельности всех участников сделки. Зачастую предъявлению таких исков предшествует смена органов управления организаций, хотя очевидно, что этот фактор не должен определять ход исполнения сделки. В конфликт вовлекаются помимо своей воли субъекты, создавшие цепочку сделок, связанных в различной степени со спорной сделкой. В некоторых случаях иски предъявляются так называемыми заинтересованными лицами при явном намерении завершить сделку. Вместо реального предпринимательского оборота, предполагающего широкое производство товаров, услуг, а также активный обмен ими, наблюдаются неоднократные переходы одних и тех же имущественных объектов к одним и тем же субъектам. В целом в экономике создается ситуация нестабильности и неопределенности, что вряд ли является благоприятным фактором для добросовестных предпринимателей, в том числе и для иностранных инвесторов. Многочисленные иски о ничтожности сделок - лишь отражение этого глубокого, широкого, хотя подчас незаметного конфликта в самой предпринимательской среде. Вместе с тем очевидно, что судебно-арбитражная практика способна, в свою очередь, оказать положительное стабилизирующее воздействие на деловой оборот. Наша исходная позиция, с которой мы оцениваем рассматриваемые сделки, заключается в следующем. Гражданское законодательство в целом признает, что оборот не может состоять лишь из идеальных сделок. Стороны в силу различных обстоятельств нарушают законный порядок совершения сделки. Объявлять их во всех случаях недействительными с восстановлением первоначального положения означало бы ликвидировать оборот товаров, работ и услуг, не дать ему развиться. Поэтому законодатель относится к дефектам сделки избирательно, и такая избирательность нам представляется признаком развитого правового регулирования, хотя и единственным. В некоторых случаях стороны могут рассчитывать, что другие лица, в том числе государство, не будут вмешиваться в ход исполнения сделки, если только прямо названные в законе лица не предъявят иск о ее недействительности. Можно утверждать, по-видимому, что устранение дефектов этих сделок является частным делом, произвольное вмешательство в которое недопустимо в соответствии с пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Другие же нарушения считаются в большей мере общественно значимыми, вследствие чего допускается предъявление иска со стороны любого заинтересованного лица, а также признание сделки недействительной судом самостоятельно. Более широкий контроль за исполнением сделок свидетельствует уже о наличии публично-правовой сферы, в которой гражданские права могут быть ограничены законом при обстоятельствах, предусмотренных пунктом 2 статьи 1 ГК РФ. Таким образом, мы исходим из того, что законодательная дифференциация сделок на ничтожные и оспоримые базируется на признании различной общественной опасности нарушений, которыми может сопровождаться совершение сделок. Взгляды судей на рассматриваемый вопрос также основаны, по нашему мнению, преимущественно на убежденности в том, что различные дефекты сделки в различной степени угрожают основам общественной жизни. Именно от этого фактора зависят условия, порядок признания и последствия недействительности сделок, а также законодательные конструкции, в которых они более или менее удачно выражены. При всей сложности вопросов о правовой природе сделок, основаниях и последствиях их недействительности, при неоднозначности правоприменительной практики по признанию сделок недействительными, нечеткости ряда положений закона о недействительности сделок представляется возможным провести границу между ничтожными и оспоримыми сделками, а также отнести ту или иную сделку, совершенную с правовыми дефектами, к одной из этих категорий. Анализ норм гражданского законодательства позволяет выделить ряд устойчивых признаков, по которым недействительные сделки можно определить либо как ничтожные, либо как оспоримые. В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). При этом в статье 168 ГК РФ говорится, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Таким образом, законом установлено общее правило о недействительности сделок, не соответствующих требованиям закона и иных правовых актов, - ничтожность. При этом допущены и исключения из этого правила - оспоримость подобной сделки либо иные последствия нарушения, которые могут быть предусмотрены исключительно законом. Сопоставление норм о ничтожных и оспоримых сделках позволяет определить конструкции, которыми обозначаются в законе сделки каждой из указанных категорий. Закон во всех случаях прямо указывает на ничтожность сделки. В подтверждение такого вывода можно сослаться на статью 169 ГК РФ: "Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна"; пункт 1 статьи 170: "Мнимая сделка... ничтожна"; пункт 1 статьи 171: "Ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства". Сделки оспоримые обозначены в Гражданском кодексе иным способом. Например, согласно статье 173 "сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, либо лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, может быть признана судом недействительной " (выделено нами. - А.Н., Р.М.). Как мы видим, возможность признания сделки недействительной зависит в первую очередь от наличия иска, к предъявлению которого истец по общему правилу не может быть принужден. Аналогичным образом условие об оспоримости сделок сформулировано в статьях 174, 178, 179 и других статьях ГК РФ. Следующим критерием разделения недействительных сделок на ничтожные и оспоримые является круг лиц, наделенных законом правом оспаривания сделок. Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ установлено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки (а в соответствии со сложившейся правоприменительной практикой - и о признании сделки ничтожной) может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Круг лиц, имеющих право предъявить иск о недействительности оспоримых сделок по каждому из предусмотренных статьями 173-179 ГК РФ оснований, точно определен в каждой из этих норм. Эти сведения представляются необходимыми для правильного понимания характера недействительных сделок, предусмотренных пунктом 1 статьи 84 Федерального закона . Из содержания данной нормы усматривается, что в ней нет указания на ничтожность сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, совершенной с нарушением требований статьи 83 Федерального закона. Напротив, названная норма указывает на возможность признания такой сделки недействительной, то есть на элемент конструкции, с помощью которой в ГК РФ обозначаются оспоримые сделки. К сожалению, пункт 1 статьи 84 Федерального закона не содержит указания на круг лиц, имеющих право предъявить иск о признании сделки, совершенной заинтересованными лицами, недействительной. Однако, как нам представляется, это не является следствием намерения законодателя отнести сделки, предусмотренные статьей 84 Федерального закона, к ничтожным, а лишь свидетельствует об определенном пробеле в упомянутой норме. Законодатель создал неясность, не обратив должного внимания на все стороны предмета, о котором издал закон. Именно из этого исходили арбитражные суды в ряде случаев. , принятого в 1998 году. Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением требований, предусмотренных статьей 45 названного Федерального закона, может быть признана недействительной по иску общества или его участника. Воля законодателя нашла в данном случае свое точное воплощение. Необходимо, по нашему мнению, учитывать, что пункт 1 статьи 84 Федерального закона имеет своей целью защиту имущественных интересов акционерного общества от неправомерных действий собственных органов управления обществом. Современные условия хозяйственного оборота подчас делают необходимым заключение контрактов в течение нескольких часов и даже минут. Новейшие средства связи позволяют это делать в режиме реального времени. Заключение контрактов с использованием таких средств связи допускается законом. В силу пункта 1 статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Гражданское законодательство и практика его применения должны обеспечивать стабильность гражданского оборота. В связи с этим вызывает сомнение возможность признания взаимовыгодной сделки недействительной исходя лишь из факта совершения ее заинтересованными лицами с нарушением требований статьи 83 Федерального закона. Сомнительно также, что положительно повлияет на стабильность гражданского оборота в целом и на защиту имущественных прав акционерного общества предоставление практически неограниченному кругу лиц права оспаривания сделок, предусмотренных пунктом 1 статьи 84 Федерального закона, в том числе взаимовыгодных и исполненных сторонами. Исходя из изложенного, полагаем, что отнесение рассматриваемых сделок к категории ничтожных, тогда как законодатель по существу сконструировал их как оспоримые, повлекло бы негативные последствия. Прежде всего имеется в виду общая разбалансированность предпринимательской деятельности и гражданского оборота в целом. Следует, видимо, принять во внимание, что заключаемые с участием акционерных обществ сделки являются наиболее распространенными юридическими фактами и основаниями возникновения, изменения гражданских прав и обязанностей в сфере предпринимательской деятельности. От устойчивости этих сделок зависит устойчивость оборота. Между тем, если любое лицо, в том числе и государство, в любом случае может поставить вопрос о ничтожности действий органов управления акционерного общества, единственным направлением деятельности последнего может стать ведение судебных дел. Такое предположение в определенной степени находит подтверждение уже в сегодняшней судебно-арбитражной практике. Выдвигая аргументы в пользу оспоримости сделки акционерного общества, в совершении которой имеется заинтересованность, считаем необходимым внести предложение об изменении статьи 84 Федерального закона. Следовало бы ликвидировать допущенный в указанной норме пробел, определив круг лиц, имеющих право заявить иск о признании сделки, предусмотренной статьей 84 Федерального закона, недействительной. Круг этих лиц может быть определен двумя способами. Во-первых, возможно использовать формулировку статьи 174 ГК РФ и указать, что иски о признании недействительными сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, могут предъявлять лица, в интересах которых установлены ограничения. Во-вторых, можно прямо указать, что право на иск о недействительности упомянутой сделки имеет само акционерное общество. Поскольку между акционерным обществом и его акционерами существуют только обязательственные отношения, предоставление акционерам права предъявлять иски о недействительности сделок по предусмотренному статьей 84 Федерального закона основанию вряд ли можно признать правильным. В случае предоставления такого права акционерам было бы целесообразным, чтобы количество акций, дающих акционеру право на предъявление указанного иска, составляло не менее пяти процентов, то есть обеспечивало возможность реального влияния на принятие решений органами управления акционерного общества. Подобное ограничение, по нашему мнению, позволит избежать превышения мелкими акционерами предоставленных законом и уставами акционерных обществ прав по контролю за деятельностью органов управления обществом. До внесения названных изменений в Федеральный закон представляется возможным применять пункт 1 статьи 84 Федерального закона по аналогии либо со статьей 174 ГК РФ, либо с пунктом 5 статьи 45 Федерального закона , согласно которому сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предъявляемых требований, может быть признана недействительной по иску общества или его участника. Полагаем, что в рассматриваемых случаях названные законы регулируют сходные отношения и применение аналогии закона не противоречило бы существу этих отношений. На наш взгляд, отсутствует какая-либо необходимость считать рассматриваемые сделки, совершаемые акционерными обществами, ничтожными, когда те же сделки, совершаемые обществами с ограниченной ответственностью, закон определенно считает оспоримыми. Единый подход к целям и порядку признания рассматриваемых сделок недействительными мог бы способствовать созданию стабильности, предсказуемости экономики и ее правового обеспечения. Сегодняшняя практика применения пункта 1 статьи 84 Федерального закона, характеризующаяся различными подходами, не способствует этому, в чем и заключается, на наш взгляд, суть проблемы. Судьи Федерального арбитражного суда Московского округа А.Л.НОВОСЕЛОВ Р.И.МАМЕТОВ